Почему дивиденды попали в поле зрения таможни
Таможенная стоимость определяется методом 1 — по стоимости сделки (ст. 39 ТК ЕАЭС). К цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, прибавляются дополнительные начисления из ст. 40 ТК ЕАЭС. Подпункт 3 п. 1 ст. 40 прямо упоминает «часть дохода, полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу». ФТС с 2019 года активно использует этот подпункт, квалифицируя дивиденды российского импортёра в адрес иностранного поставщика-акционера как замаскированную доплату за товар.
Логика таможни проста: если покупатель и продавец связаны (ст. 37 ТК ЕАЭС), цена сделки занижена, а прибыль от перепродажи фактически возвращается поставщику через механизм корпоративных выплат — значит, дивиденды представляют собой отложенную часть цены. По данным ФТС за 2024 год, постконтрольные доначисления превысили 43 млрд рублей (+67% к 2023 году). Значительная доля приходится именно на споры о включении дополнительных начислений в таможенную стоимость.
Трансфертное ценообразование создаёт дополнительный аргумент для таможни: если налоговый орган уже установил, что внутригрупповые цены отклонялись от рыночных, этот вывод используется как косвенное доказательство в таможенном споре. Два регулятора — ФНС и ФТС — де-факто скоординировали подходы: сведения налоговых проверок передаются таможне в рамках межведомственного взаимодействия.
Как Верховный Суд сформулировал позицию по дивидендам и таможенной стоимости
Определение СКЭС ВС № 305-ЭС22-11464 по делу «Шанель» стало первым системным ориентиром. Суд указал: само по себе наличие корпоративной связи между покупателем и продавцом и факт выплаты дивидендов не означает автоматического включения этих выплат в таможенную стоимость. Таможенный орган обязан доказать, что дивиденды причитались продавцу именно как часть цены товара, а не как доход на вложенный капитал. Бремя доказывания лежит на таможне.
Суд сформулировал признаки, при наличии которых дивиденды могут быть включены в таможенную стоимость:
- размер дивидендов коррелирует с объёмом или стоимостью конкретных партий товара;
- условие о выплате части прибыли закреплено в контракте или дополнительных соглашениях к нему;
- дивиденды выплачиваются только в случае реализации ввезённого товара, а не из общей прибыли компании;
- акционер-поставщик контролирует ценообразование при перепродаже на внутреннем рынке.
При отсутствии этих признаков дивиденды остаются корпоративным распределением прибыли и не входят в таможенную стоимость. Позиция ВС по делу «Шанель» применялась арбитражными судами в 2023–2025 годах как прецедентная. По сложившейся практике арбитражных судов в 2024–2026 годах суды требуют от таможни представить расчёт корреляции между суммой дивидендов и стоимостью конкретных ДТ — без такого расчёта доначисление признаётся необоснованным.
Отдельного внимания заслуживает Определение СКЭС ВС № 308-ЭС23-29565 по делу «Фанагория», хотя оно касается роялти. ВС последовательно проводит одну линию: дополнительное начисление по ст. 40 ТК ЕАЭС возможно только тогда, когда прослеживается прямая причинно-следственная связь между платежом и конкретной сделкой купли-продажи товара. Этот принцип применим и к дивидендам: если выплата не привязана к факту ввоза конкретной партии — она не является частью цены сделки.
Кейс: Центральный ФО, осень 2024. Импортёр потребительской электроники получил от таможни КТС с включением в таможенную стоимость дивидендов, выплаченных материнской компании — поставщику из Юго-Восточной Азии. Доначисление составило от 85 до 110 млн рублей пошлин и НДС за два года. Сторона защиты представила аудированную отчётность, доказывающую, что база расчёта дивидендов — консолидированная чистая прибыль российского общества от всех видов деятельности, включая услуги, ПО и сервисные контракты. Связи между объёмом дивидендов и конкретными ДТ не существовало. После ведомственного обжалования в РТУ и последующего судебного процесса решение о КТС было отменено: суд признал, что таможня не представила расчёт корреляции, предписанный позицией ВС по делу «Шанель».
Что решил Конституционный Суд в Постановлении № 34-П от 16 октября 2025 года
КС РФ в Постановлении № 34-П рассматривал конституционность положений ТК ЕАЭС и ФЗ-289 применительно к определению страны происхождения товара (дело «Атлант»). Однако правовые позиции, сформулированные в этом документе, выходят за рамки узкого вопроса о происхождении и затрагивают общую конструкцию таможенного контроля.
КС подтвердил: таможенный орган не вправе произвольно отклонять задекларированные сведения без надлежащего обоснования и предоставления декларанту реальной возможности опровергнуть выдвинутые сомнения. Принцип добросовестности декларанта, закреплённый в практике ВС (Пленум № 49 от 26.11.2019), получил конституционное измерение: ограничение прав участника ВЭД допустимо только при наличии достаточных доказательств нарушения, а не предположений.
Применительно к спорам о дивидендах и трансфертном ценообразовании позиция КС означает следующее: таможня не может ссылаться на аффилированность сторон как единственное основание для корректировки. Аффилированность — лишь основание для дополнительной проверки, но не презумпция недостоверности цены. Декларант вправе представить доказательства рыночного характера сделки, и орган обязан их рассмотреть содержательно. Отказ от содержательного рассмотрения нарушает ст. 34 и 35 Конституции РФ в толковании КС.
Практическое значение № 34-П для споров о дивидендах: если таможня в решении о КТС ссылается на трансфертную документацию ФНС без самостоятельного анализа соответствия дивидендов критериям ст. 40 ТК ЕАЭС, такое решение уязвимо с конституционно-правовой точки зрения. Суды получили новый аргумент для отмены формально обоснованных, но содержательно пустых решений о доначислении.
Как пересечение дивидендов и трансфертного ценообразования создаёт двойной риск
Трансфертное ценообразование (ТЦО) регулируется разд. V.1 НК РФ. ФНС вправе проверять цены по контролируемым сделкам и доначислять налог на прибыль, если цены отклонились от рыночных. ФТС опирается на ТК ЕАЭС. Формально — два независимых регулятора, два разных объекта контроля. Фактически — одна операция порождает два потока доначислений.
Схема двойного риска выглядит так:
- ФНС проверяет цены по сделкам с иностранным аффилированным поставщиком и устанавливает, что цена занижена относительно рыночного уровня. Доначисляет налог на прибыль и НДС.
- ФТС получает материалы налоговой проверки, квалифицирует разницу как занижение таможенной стоимости и доначисляет ввозную пошлину и НДС уже как таможенные платежи.
- Дивиденды, выплаченные иностранному акционеру, рассматриваются ФТС как косвенное подтверждение того, что недоплаченная при ввозе сумма возвращалась поставщику через корпоративный механизм.
В результате собственник сталкивается с тем, что одна и та же экономическая операция — импорт товара от аффилированного поставщика с последующей выплатой дивидендов — оборачивается претензиями сразу двух ведомств. Срок контроля после выпуска составляет 3 года (ст. 310 ТК ЕАЭС), а срок налоговой проверки — до 3 лет. Оба срока текут параллельно и могут захватить одни и те же периоды.
Штраф по ч. 2 ст. 16.2 КоАП составляет от ½ до 2-кратной суммы неуплаченных таможенных платежей. Уплата штрафа не освобождает от доначисления самих платежей и пеней — это критически важно понимать при оценке финансового риска. При суммах доначисления свыше 6 млн рублей для юридического лица возникает риск уголовного преследования по ст. 194 УК РФ, где субъектом выступает в том числе лицо, подписавшее ДТ.
Кейс: Северо-Западный ФО, зима 2023–2024. Российский дистрибьютор промышленного оборудования выплачивал дивиденды единственному акционеру — нидерландскому холдингу, который одновременно являлся поставщиком товара. ФТС инициировала камеральную проверку по ст. 332 ТК ЕАЭС, затем направила запросы о представлении документов по 47 ДТ за три года. Параллельно ФНС завершала выездную налоговую проверку по ТЦО. Суммарный объём претензий двух ведомств составил от 190 до 240 млн рублей. Защита выстроила единую доказательную базу: трансфертная документация по НК РФ и материалы обоснования таможенной стоимости были согласованы между собой. Ключевым аргументом стало экономическое обоснование: дивиденды формировались из прибыли от сервисного обслуживания, обучения персонала и ПО — направлений, не связанных с ввозом товара. По итогам ведомственного обжалования таможенные доначисления снижены на 70%. Налоговый спор урегулирован в рамках взаимосогласительной процедуры.
Матрица сценариев: дивиденды и таможенная стоимость
Сценарий 1: Дивиденды привязаны к объёму продаж товара
Ситуация: в акционерном соглашении или трансфертной документации есть формула расчёта дивидендов, прямо связанная с выручкой от реализации ввезённого товара.
Доказательства таможни: акционерное соглашение, финансовая отчётность с разбивкой по продуктовым сегментам, данные ФНС о ТЦО.
Вероятный исход: высокая вероятность включения в таможенную стоимость. Суды признают наличие критериев, сформулированных ВС в деле «Шанель».
Стратегия: оспаривать методологию расчёта конкретной суммы включения; требовать применения метода 2 или 3 по ст. 41–42 ТК ЕАЭС как более выгодного; добиваться исключения из базы дивидендов, выплаченных из прибыли несвязанных направлений деятельности.
Сценарий 2: Дивиденды из консолидированной прибыли общества
Ситуация: дивиденды рассчитываются от чистой прибыли всего общества; импорт товара — один из нескольких источников дохода наряду с услугами, лицензиями, сервисом.
Доказательства таможни: аффилированность сторон; исторически высокий уровень выплат; данные о занижении цены по сравнению с биржевыми котировками или данными по аналогичным сделкам.
Вероятный исход: при надлежащей доказательной базе со стороны декларанта — отмена КТС. По статистике арбитражных судов за 2023 год, в пользу плательщиков разрешалось 46,6% таможенных дел.
Стратегия: подготовить сегментированную финансовую отчётность; привлечь аудитора для подтверждения структуры прибыли; использовать позицию КС № 34-П о праве декларанта представлять опровергающие доказательства.
Сценарий 3: Трансфертная документация отсутствует или не согласована с таможенной
Ситуация: компания не готовила документацию по ТЦО либо она не синхронизирована с обоснованием таможенной стоимости — разные методы, разные базы сравнения.
Доказательства таможни: противоречие между позициями в налоговой и таможенной сфере как косвенное доказательство недостоверности обеих.
Вероятный исход: двойные доначисления с максимальным риском уголовной квалификации при сумме свыше 6 млн рублей по ст. 194 УК РФ.
Стратегия: незамедлительно разработать единую трансфертную политику; согласовать позиции для ФНС и ФТС; рассмотреть возможность добровольного уточнения ДТ по ст. 313 ФЗ-289 до начала проверки — это снижает штрафные риски.
Сценарий 4: КТС принята, срок ведомственного обжалования истекает
Ситуация: решение о КТС вручено, прошло более 2 месяцев, но до истечения 3-месячного срока ещё есть время.
Доказательства таможни: уже зафиксированы в решении о КТС и КДТ.
Вероятный исход: при своевременной подаче жалобы — шансы на отмену 35–45% по статистике ведомственного обжалования за 2018–2024 годы. После истечения 3 месяцев — только судебный путь по ст. 198 АПК РФ.
Стратегия: срок ведомственного обжалования решения о КТС — 3 месяца со дня вручения (ст. 286 ФЗ-289); жалоба рассматривается в течение 1 месяца. Подача жалобы не приостанавливает взыскание, поэтому параллельно целесообразно ходатайствовать об обеспечительных мерах в арбитражном суде.
Какие документы подготовить собственнику заранее
- Акционерное соглашение и устав: проверить, не содержат ли они формул расчёта дивидендов, привязанных к показателям продаж конкретного товара.
- Трансфертная документация по разд. V.1 НК РФ: должна быть согласована с методологией определения таможенной стоимости — один и тот же метод ценообразования не может давать противоречивые результаты в налоговой и таможенной сферах.
- Сегментированная управленческая и аудированная финансовая отчётность: отдельно по торговой деятельности (импорт товара), услугам, ПО, сервису — чтобы доказать, что дивиденды формируются из консолидированной базы, а не из прибыли от ввоза конкретной номенклатуры.
- Документы о формировании цены сделки: инвойсы, прайс-листы поставщика, переписка об условиях контракта — для подтверждения независимости ценообразования от дивидендной политики.
- Экономическое обоснование уровня дивидендных выплат: сравнительный анализ с выплатами в сопоставимых компаниях отрасли — стандартный инструмент защиты в международной практике.
- Переписка с таможенным брокером и внутренние регламенты ВЭД-комплаенса: демонстрирует добросовестность декларанта в смысле Пленума ВС № 49 от 26.11.2019.
- Предварительная оценка рисков от независимого таможенного юриста: до начала проверки позволяет устранить уязвимости в документации и выбрать оптимальный метод определения таможенной стоимости.
Если ФТС уже направила запрос о представлении документов в рамках камеральной (ст. 332 ТК ЕАЭС) или выездной (ст. 333 ТК ЕАЭС) проверки, у декларанта есть ограниченное время на формирование позиции. Выездная проверка длится до 2 месяцев. После её завершения и вручения акта — начинается отсчёт сроков обжалования.
Подробнее о том, как выстроить защиту при проверке ФТС, — на странице «Защита при проверках ФТС». Системный анализ рисков по таможенной стоимости с учётом структуры группы компаний — в рамках ВЭД-комплаенс. Если КТС уже принята и нужно её оспорить — «Обжалование КТС». При наличии уголовного риска по ст. 194 УК РФ — «Уголовная защита».