Дивиденды и косвенные платежи

Почему дивиденды и косвенные платежи оказались в центре таможенных споров

До 2022 года большинство российских импортёров, входящих в международные группы, выплачивали дивиденды иностранным материнским структурам без оглядки на таможню. ФТС квалифицировала подобные выплаты как распределение прибыли — то есть платёж, не связанный с конкретной поставкой. Ситуация изменилась после того, как ФТС начала системно применять подп. 3 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС: дивиденды и иная часть дохода покупателя, причитающаяся продавцу в связи с продажей ввозимых товаров, должны включаться в таможенную стоимость.

Ключевой вопрос — «связь с продажей». Именно вокруг него сложилась противоречивая судебная практика, которую в 2022–2025 годах последовательно распутывали Верховный суд и Конституционный суд. Собственнику бизнеса, организующему группу через российское операционное юрлицо, этот вопрос напрямую определяет налоговую и таможенную нагрузку.

Что говорит ТК ЕАЭС о дополнительных начислениях к цене сделки

Статья 39 ТК ЕАЭС устанавливает метод 1 — таможенную стоимость равную стоимости сделки — как приоритетный. Статья 40 перечисляет дополнительные начисления, которые добавляются к фактической цене, если не включены в неё:

• Подп. 3 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС: часть дохода от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввезённых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу.
• Подп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС: роялти и лицензионные платежи, относящиеся к ввозимым товарам и являющиеся условием продажи.
• Подп. 4 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС: расходы на перевозку, страхование, погрузку до пункта ввоза.

Дивиденды в этом перечне не названы напрямую. Именно это порождало спор: является ли выплата дивидендов «частью дохода, причитающейся продавцу», или это самостоятельная корпоративная выплата, не связанная с конкретной товарной сделкой.

Какие позиции ВС РФ существуют по включению дивидендов в таможенную стоимость

Верховный суд РФ сформулировал две последовательные позиции, которые внешне противоречат друг другу, но на деле описывают разные фактические ситуации.

Позиция 1 — «Шанель»: дивиденды могут формировать часть цены

В Определении СКЭС ВС № 305-ЭС22-11464 по делу «Шанель» суд признал, что дивиденды, выплаченные единственному иностранному участнику — одновременно продавцу товаров — могут быть квалифицированы как часть дохода, косвенно причитающегося продавцу в связи с продажей товаров. Критерии включения, сформулированные в этом деле:

• продавец и получатель дивидендов — одно и то же лицо или аффилированные лица;
• размер дивидендов прямо или косвенно зависит от объёма или прибыльности продаж конкретного товара;
• договор поставки содержит условия, позволяющие продавцу влиять на распределение прибыли;
• импортёр не может доказать, что дивиденды выплачиваются из деятельности, не связанной с поставкой спорного товара.

Фактически суд применил «тест связи»: если корпоративный платёж выполняет функцию переменной части цены — он входит в таможенную стоимость.

Позиция 2 — уточнение бремени доказывания

В последующих определениях СКЭС ВС, в том числе сформированных по итогам 2023–2024 годов, суд конкретизировал: бремя доказывания связи лежит на таможенном органе, а не на декларанте. ФТС обязана установить, что платёж причитается именно продавцу товара, а не является самостоятельным корпоративным распределением прибыли. Формальная аффилированность участника и продавца недостаточна: нужны доказательства функциональной зависимости платежа от сделки.

Срок постконтрольной проверки составляет 3 года со дня выпуска товара (ст. 310 ТК ЕАЭС). Это означает, что спор о включении дивидендов может охватывать выплаты за три финансовых года — и итоговое доначисление способно исчисляться сотнями миллионов рублей при значительных объёмах импорта.

Кейс. Центральный ФО, осень 2023. Российское операционное общество — дочерняя структура европейского производителя бытовой химии — ежегодно выплачивало дивиденды единственному участнику, который одновременно являлся контрактным поставщиком товаров. ЦАТ провела камеральную проверку (ст. 332 ТК ЕАЭС) и доначислила от 80 до 120 млн рублей, квалифицировав часть дивидендов как косвенный платёж в пользу продавца по подп. 3 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС. Защита представила экономический анализ, показавший, что дивиденды формировались из прибыли всего российского бизнеса, включая дистрибуцию товаров третьих производителей. Арбитражный суд поддержал декларанта: ФТС не доказала, что именно поставки спорного товара определили размер выплат. Решение устояло в апелляции.

Что решил КС РФ № 34-П от 16.10.2025

Решение КС РФ № 34-П принято по делу «Атлант» и посвящено проблеме страны происхождения, однако его процессуальная логика существенна и для споров о включении косвенных платежей в таможенную стоимость.

КС сформулировал несколько принципиальных тезисов:

• Принцип правовой определённости: налогоплательщик не может нести негативные последствия из-за неясности нормы, если ведомство само применяло противоположную практику в течение длительного времени. Это напрямую применимо к ситуациям, когда ФТС годами не предъявляла претензий к порядку выплаты дивидендов, а затем применила ст. 40 ТК ЕАЭС ретроспективно.
• Требование соразмерности: ограничительное толкование нормы должно быть соразмерно охраняемому публичному интересу. Включение всей суммы дивидендов в таможенную стоимость без анализа их экономической природы нарушает этот принцип.
• Доказательственный стандарт: таможенный орган обязан представить конкретные доказательства связи платежа со сделкой, а не ограничиваться ссылкой на аффилированность сторон.

Хотя КС № 34-П не касается дивидендов напрямую, арбитражные суды в 2025–2026 годах начали применять его выводы о бремени доказывания и принципе правовой определённости в спорах по ст. 40 ТК ЕАЭС. Это существенно укрепляет позицию декларанта, который может ссылаться на нарушение его законных ожиданий при ретроспективных доначислениях.

Косвенные платежи: роялти, агентские вознаграждения, плата за техническую поддержку

Помимо дивидендов, ФТС активно работает с иными «нетоварными» платежами между аффилированными сторонами. Наиболее уязвимые категории:

• Роялти и лицензионные платежи (подп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС): включаются, если товар невозможно продать без лицензии. Решение по делу «Фанагория» (СКЭС ВС № 308-ЭС23-29565) уточнило: плата за использование торгового знака при продаже товаров включается в таможенную стоимость, даже если формально является вознаграждением за лицензионный договор, а не элементом цены.
• Агентские и дистрибуторские вознаграждения: если покупатель платит агентское вознаграждение продавцу или его аффилированному лицу сверх инвойсной цены, ФТС квалифицирует это как скрытую часть цены.
• Плата за техническую поддержку, обслуживание, обучение: если оказание услуг является условием поставки товара — платёж включается в расчёт.

Общий критерий для всех косвенных платежей сформулирован в практике обжалования КТС: платёж включается в таможенную стоимость, если его неуплата влечёт прекращение или изменение условий поставки товара. Это функциональный, а не формальный тест.

Как использовать практику ВС и КС в таможенном споре

Стратегия защиты строится на трёх уровнях: фактологическом, нормативном и процессуальном.

Фактологический уровень: разрыв причинно-следственной связи

Задача — доказать, что размер дивидендов не определяется объёмом или прибыльностью продаж спорного товара. Для этого потребуются:

• финансовая модель, показывающая структуру прибыли: доля выручки от продаж конкретного товара в общем обороте;
• протоколы решений о распределении прибыли за спорный период;
• аудиторские заключения, подтверждающие, что дивиденды выплачивались из консолидированной прибыли по всем направлениям деятельности;
• внутригрупповые трансфертные соглашения, из которых следует, что продавец не влияет на решение о размере дивидендов.

Нормативный уровень: тест «условия продажи»

Подп. 3 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС охватывает только ту часть дохода, которая «причитается продавцу». Это означает, что продавец должен иметь право требования на дивиденды в силу контракта или обычаев делового оборота. Корпоративный дивиденд является правом участника, а не продавца: участник и продавец совпадают лишь в конкретных организационных структурах. Если продавец — отдельное юридическое лицо в группе, отличное от участника российского общества, — норма буквально неприменима.

Процессуальный уровень: ссылки на КС № 34-П и СКЭС ВС

В жалобе в РТУ (ст. 285–297 ФЗ-289, срок — 3 месяца со дня вручения решения) и в заявлении в арбитражный суд по ст. 198 АПК РФ:

• ссылайтесь на КС № 34-П: таможенный орган нарушил принцип правовой определённости, применив расширительное толкование ст. 40 ТК ЕАЭС ретроспективно;
• ссылайтесь на СКЭС ВС № 305-ЭС22-11464: бремя доказывания связи платежа со сделкой лежит на ФТС, декларант обязан лишь представить разумное объяснение природы выплат;
• указывайте, что ФТС не провела функциональный экономический анализ, ограничившись установлением аффилированности.

Кейс. Северо-Западный ФО, весна 2024. Импортёр электронных компонентов оспаривал решение Балтийской таможни о включении агентских платежей в пользу материнской структуры в таможенную стоимость — доначисление составило от 30 до 50 млн рублей. Защита разделила агентский договор на два блока: услуги, непосредственно связанные с организацией поставки (были включены в стоимость добровольно), и услуги по маркетингу на российском рынке (не связаны с конкретными поставками). Суд первой инстанции частично поддержал декларанта, снизив базу доначисления примерно на 60%. Кассационная инстанция оставила решение без изменения, сославшись на функциональный тест из практики СКЭС ВС.

Какие шансы выиграть спор о дивидендах и косвенных платежах

По данным арбитражной статистики за 2023 год, в пользу плательщиков разрешается 46,6% таможенных дел. В категории споров о таможенной стоимости показатель в пользу декларанта исторически выше при наличии качественной доказательной базы.

Реальный прогноз зависит от нескольких факторов:

• Структура группы: если продавец и участник — одно юридическое лицо, позиция ФТС значительно сильнее. Если это разные субъекты — защита имеет весомый аргумент уже на уровне буквального толкования нормы.
• Наличие экономического анализа: споры, в которых декларант представил профессиональное заключение о структуре прибыли, завершались отменой решений ФТС примерно в 55–65% случаев по сложившейся практике арбитражных судов в 2024–2025 годах.
• Ретроспективный охват: чем длиннее проверяемый период, тем сложнее ФТС доказать однородность связи платежей со сделкой. Возражение «ФТС сама принимала стоимость без претензий» укрепляет ссылку на КС № 34-П.
• Стадия спора: ведомственное обжалование (РТУ → ФТС России) удовлетворяется в 35–45% случаев. Суд — более предсказуемая площадка при наличии доказательств.

Штраф по ч. 2 ст. 16.2 КоАП при доначислении таможенных платежей составляет от ½ до 2-кратной суммы неуплаченных платежей. Уплата штрафа не прекращает обязательство по уплате самих платежей и пеней — финансовые риски накапливаются параллельно.

Матрица сценариев: дивиденды и косвенные платежи в таможенном споре

Сценарий А: продавец и единственный участник совпадают, дивиденды регулярны

Доказательства ФТС: совпадение лиц, корреляция объёма дивидендов с ростом импорта, отсутствие иных источников прибыли.

Вероятный исход: включение части дивидендов. Высокий риск доначисления.

Стратегия: детальный финансовый анализ, выделение «нетоварной» прибыли (аренда, услуги сторонним клиентам), переговоры об уменьшении базы включения.

Сценарий Б: продавец и участник — разные юридические лица в группе

Доказательства ФТС: ФТС строит цепочку через косвенный контроль и трансфертные схемы.

Вероятный исход: спорный, суды в 2024–2025 годах склонялись к отказу в доначислении при отсутствии прямых доказательств.

Стратегия: акцент на буквальном тексте подп. 3 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС («причитается продавцу»), ссылка на КС № 34-П о принципе правовой определённости.

Сценарий В: роялти выплачиваются правообладателю — третьей стороне

Доказательства ФТС: невозможность продать товар без лицензии, прямая ссылка в контракте на лицензионное соглашение.

Вероятный исход: включение роялти по подп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС. Позиция ВС по делу «Фанагория» подтверждает это.

Стратегия: разделить платёж на «товарный» и «рыночный» компонент. Если часть роялти относится к технологиям производства или маркетингу в России — добиваться исключения этой части из расчёта.

Сценарий Г: агентское вознаграждение аффилированному лицу

Доказательства ФТС: функциональный анализ: агент фактически организует поставку.

Вероятный исход: частичное включение — в части услуг, неотделимых от поставки.

Стратегия: структурировать договор, чётко разграничив «логистику поставки» и «постпродажный сервис / маркетинг». Маркетинговая составляющая по сложившейся практике не включается в таможенную стоимость.

Что подготовить для защиты: чек-лист собственника

• Корпоративные документы: устав, реестр участников, протоколы о распределении прибыли за проверяемый период (3 года).
• Финансовая отчётность (РСБУ и МСФО) с расшифровкой структуры выручки по источникам.
• Трансфертные соглашения и внутригрупповые договоры с описанием функций сторон.
• Инвойсы, спецификации, контракты поставки — все версии за проверяемый период.
• Лицензионные/сублицензионные договоры, если применимы, с разбивкой роялти по товарным группам.
• Переписка с продавцом / материнской структурой, из которой видно, что размер дивидендов определялся независимо от поставок конкретного товара.
• Профессиональное экономическое заключение о природе платежей и их связи (или её отсутствии) с поставкой ввозимых товаров.
• Хронология деклараций и решений таможни: если ФТС ранее принимала стоимость без возражений — это основание для ссылки на КС № 34-П.
• Расчёт потенциального доначисления: пошлины + НДС + пени + штраф ч. 2 ст. 16.2 КоАП — для оценки целесообразности мирового соглашения или оспаривания.

При доначислении свыше 6 млн рублей в пользу организации появляется основание для возбуждения уголовного дела по ст. 194 УК РФ — порог «крупного размера» для юридических лиц. Это переводит спор из административной плоскости в уголовно-правовую, и собственник оказывается в зоне личной уголовной ответственности. Срок для подачи ведомственной жалобы по ст. 285–286 ФЗ-289 — 3 месяца со дня вручения решения. Пропуск этого срока закрывает внесудебный путь: остаётся только заявление по ст. 198 АПК РФ в арбитражный суд.

Если вы получили требование ФТС или акт камеральной проверки — оцените риски в рамках процедуры обжалования КТС или обратитесь за защитой при проверке ФТС до истечения срока ответа на запрос.