Условие продажи: толкование пп. 7 п. 1 ст. 40

Что означает «условие продажи» в контексте пп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС

Статья 40 ТК ЕАЭС перечисляет дополнительные начисления к цене сделки, из которых складывается таможенная стоимость по методу 1 (ст. 39 ТК ЕАЭС). Подпункт 7 — один из наиболее спорных: он требует прибавить к цене роялти, лицензионные и иные подобные платежи при одновременном выполнении двух условий.

Первое условие: платёж связан с ввозимыми товарами. Второе — и ключевое — условие: уплата этого платежа является условием продажи товаров покупателю от продавца. Именно второе условие вызывает большинство споров: ФТС нередко сводит его к формальному наличию лицензионного договора между импортёром и правообладателем, тогда как суды и ВС РФ требуют доказательства реальной связи между платежом и конкретной сделкой купли-продажи.

Пленум ВС РФ № 49 от 26.11.2019 прямо указал: недостаточно установить факт выплаты роялти — необходимо доказать, что продавец не осуществил бы продажу товаров без уплаты покупателем лицензионного платежа. Иными словами, причинно-следственная связь между выплатой и состоявшейся поставкой должна быть конкретной, а не абстрактной.

Какие позиции ВС РФ сформированы по пп. 7 п. 1 ст. 40?

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ выработала несколько устойчивых правовых позиций, которые имеют прямое значение для собственника бизнеса, столкнувшегося с доначислением по роялти.

Позиция 1: продавец и правообладатель — разные лица

Если продавец товаров и лицензиар — независимые компании, не связанные между собой, и в контракте купли-продажи нет ссылки на лицензионный договор, платёж по лицензии не автоматически становится условием продажи. СКЭС в деле № 308-ЭС23-29565 («Фанагория», роялти в таможенной стоимости) подтвердила: таможенный орган обязан доказать, что продавец обусловил поставку именно наличием лицензионного соглашения с правообладателем.

Позиция 2: аффилированность продавца и правообладателя — лишь индикатор, не доказательство

Когда продавец и правообладатель входят в одну корпоративную группу, это создаёт презумпцию связи, но не снимает с таможенного органа бремя доказывания. ВС РФ неоднократно указывал: аффилированность сама по себе не означает, что роялти — условие продажи. Необходимо исследовать условия конкретного контракта, корреспонденцию сторон, письма продавца о запрете поставки без действующей лицензии.

Позиция 3: вид объекта интеллектуальной собственности имеет значение

В деле № 305-ЭС22-11464 («Шанель», дивиденды в таможенной стоимости) СКЭС разграничила платежи за использование товарного знака на самом товаре и платежи за право реализации товаров под знаком на территории РФ. Первые включаются в таможенную стоимость при наличии связи с товаром; вторые — только если продавец прямо обусловил поставку наличием такого права. Это разграничение работает и при толковании пп. 7 п. 1 ст. 40.

Позиция 4: роялти за технологию производства не включаются автоматически

Если импортёр ввозит товар, произведённый иностранным контрагентом по лицензии правообладателя, и отдельно выплачивает роялти за использование этой технологии на своём производстве внутри ЕАЭС, такие платежи не связаны с ввозом товара и в таможенную стоимость не включаются. По сложившейся практике арбитражных судов в 2024–2026 годах суды последовательно разграничивают «производственные» и «импортные» роялти.

Кейс. Центральный ФО, осень 2024. Крупный дистрибьютор потребительских товаров (собственник холдинга — клиент) получил решение о КТС по итогам камеральной проверки: таможня включила в таможенную стоимость ежегодные роялти в размере 2–3% от оборота, которые импортёр выплачивал европейскому правообладателю торговой марки. Общая сумма доначислений — 38–42 млн рублей пошлин и НДС за три года. Анализ показал: в контракте купли-продажи отсутствовала ссылка на лицензионный договор, продавец и правообладатель — разные юридические лица, ни одного письма продавца с требованием подтвердить наличие лицензии до поставки. Сторона защиты сослалась на п. 7 Пленума ВС № 49 и позицию СКЭС по делу «Фанагория». После ведомственной жалобы в РТУ решение о КТС было отменено в части 27 млн рублей; оставшиеся эпизоды оспорены в арбитражном суде.

Что решил КС РФ № 34-П от 16.10.2025?

Постановление КС РФ № 34-П вынесено по делу «Атлант» и касается страны происхождения товара, а не роялти напрямую. Однако его конституционная логика имеет прямое значение для споров по пп. 7 п. 1 ст. 40.

КС сформулировал принцип: таможенный орган не вправе доначислять платежи, опираясь исключительно на формальные признаки документа или договора, игнорируя реальное содержание экономических отношений между сторонами сделки. Таможня обязана исследовать существо операции, а не только её внешнее оформление.

Применительно к роялти это означает следующее. Если ФТС ссылается на сам факт наличия лицензионного договора как на достаточное доказательство того, что роялти — «условие продажи», такой подход противоречит конституционным стандартам доказывания, закреплённым в № 34-П. Таможня обязана доказать реальную обусловленность: что продавец отказал бы в поставке или выдвинул иные условия при отсутствии действующей лицензии у покупателя.

Кроме того, КС подтвердил: неустранимые сомнения в правомерности доначисления толкуются в пользу плательщика. Этот принцип закреплён в ст. 3 НК РФ и подлежит применению по аналогии в таможенных отношениях с учётом ст. 54 Конституции РФ. Для собственника бизнеса это означает процессуальный ресурс: если таможенный орган не представил прямых доказательств обусловленности, суд обязан разрешить спор в пользу декларанта.

Как использовать практику ВС и КС в споре о роялти?

Эффективное применение накопленной практики требует системной работы с доказательной базой ещё до подачи жалобы или иска. Ниже — матрица ключевых ситуаций.

Ситуация А: продавец и правообладатель — одно лицо или аффилированы

Доказательства защиты: отсутствие в контракте условия об обязательном наличии лицензии; переписка, не содержащая отказа в поставке без лицензии; раздельный учёт платежей по инвойсам.

Вероятный исход: при наличии полного пакета — отмена КТС в ведомственном порядке или судом в 40–55% случаев по практике 2023–2025 годов.

Стратегия: подать ведомственную жалобу (срок — 3 месяца со дня вручения решения по ст. 286 ФЗ-289), одновременно запросить у иностранного продавца письменное подтверждение, что поставки не обусловлены наличием лицензии.

Ситуация Б: продавец и правообладатель — независимые лица, контракт без упоминания лицензии

Доказательства защиты: сам текст контракта купли-продажи; лицензионный договор с третьим лицом; отсутствие взаимных ссылок между договорами.

Вероятный исход: сильная позиция; ВС РФ и арбитражные суды в 2024–2026 годах стабильно признавали такие доначисления незаконными.

Стратегия: обжалование в РТУ, при отказе — арбитражный суд по ст. 198 АПК РФ с прямой ссылкой на п. 7 Пленума № 49 и позицию СКЭС № 308-ЭС23-29565.

Ситуация В: роялти за технологию, используемую на производстве в России

Доказательства защиты: лицензионный договор описывает передачу технологии для производства на территории ЕАЭС; ввозимый товар произведён иностранным контрагентом без участия лицензиата.

Вероятный исход: платёж не связан с ввозом товара; суды последовательно отказывают в доначислении.

Стратегия: представить таможне экономический анализ структуры платежа; при споре — оспорить КТС в судебном порядке с привлечением специалиста по ТН ВЭД и оценщика.

Ситуация Г: ФТС провела выездную проверку, доначислила платежи за 3 года

Доказательства защиты: реестр поставок и соответствующие инвойсы; доказательство того, что ни одна конкретная поставка не была обусловлена подтверждением лицензии.

Вероятный исход: при системной доказательной базе — частичная отмена (снижение доначисления на 30–60%).

Стратегия: защита при проверке ФТС с момента получения уведомления; не ждать акта проверки — начинать формировать доказательную базу при получении требования о представлении документов.

Кейс. Северо-Западный ФО, зима 2025. Собственник группы компаний — импортёра промышленного оборудования столкнулся с выездной таможенной проверкой по ст. 333 ТК ЕАЭС. Таможня установила, что компания ежегодно выплачивает роялти немецкому правообладателю в размере 1,5% от выручки от продажи оборудования в России, и квалифицировала всю сумму выплат за три года как условие продажи по пп. 7 п. 1 ст. 40. Доначисление составило 54–60 млн рублей. Защита доказала: платёж рассчитывается от внутреннего оборота, а не от стоимости ввозимых партий; в инвойсах продавца нет условий о наличии лицензии; немецкий правообладатель и немецкий продавец — аффилированы, но поставки исторически осуществлялись и до заключения лицензионного соглашения. Арбитражный суд поддержал декларанта: доначисление признано незаконным в полном объёме. Решение вступило в силу, возврат излишне уплаченных платежей — в процессе.

Какие шансы выиграть спор по пп. 7 п. 1 ст. 40?

По данным судебной статистики за 2023 год, из 3 399 таможенных дел в арбитражных судах в пользу плательщиков разрешено 46,6%. По категории «таможенная стоимость» показатель несколько выше — в диапазоне 50–55% при наличии полного пакета документов.

Ведомственное обжалование даёт удовлетворительный результат в 35–45% случаев (данные ФТС за 2018–2024 годы). При этом ведомственная жалоба стоит дешевле судебного спора и при успехе закрывает вопрос быстрее — в течение 1 месяца с момента принятия жалобы (ст. 290 ФЗ-289).

Шансы на успех повышаются, если выполнены следующие условия. Во-первых, доказательная база сформирована до подачи жалобы, а не в процессе рассмотрения. Во-вторых, позиция строится на конкретных нормах — п. 7 Пленума ВС № 49, СКЭС № 308-ЭС23-29565, принципе № 34-П КС РФ — а не на общих доводах о несогласии с доначислением. В-третьих, к делу привлечён специалист, способный дать заключение об экономической природе платежа (в деле № 303-ЭС24-5522 ВС РФ прямо указал на необходимость специалиста при спорах о классификации и оценке товара).

Штраф по ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ (в редакции ФЗ-560 от 29.12.2025, в силу с 09.01.2026) составляет от ½ до 2-кратного размера неуплаченных таможенных платежей. Уплата штрафа не освобождает от самих доначислений и пеней — поэтому ранняя работа с доказательной базой финансово оправдана.

Срок ведомственного обжалования — 3 месяца со дня вручения решения о КТС (ст. 286 ФЗ-289). После его истечения остаётся только судебный путь по ст. 198 АПК РФ с трёхмесячным сроком на оспаривание ненормативного акта. Пропуск обоих сроков делает взыскание необратимым.

Что делать собственнику после получения Определения ВС или решения по КТС?

Определение ВС РФ об отказе в передаче дела в СКЭС — не финальная точка. Собственнику, получившему такой документ, важно понять его правовую природу: отказ в передаче означает, что тройка судей не усмотрела оснований для пересмотра, но не означает, что нижестоящий суд применил норму правильно. Если в тексте Определения ВС содержится мотивировочная часть с правовой позицией — это самостоятельный прецедент для аналогичных дел. Если Определение немотивировано — нижестоящий судебный акт сохраняет силу, но его действие ограничено конкретным делом.

После получения Определения ВС или вступившего в силу решения суда по КТС первоочередные шаги следующие.

• Проверить, не истёк ли срок на подачу надзорной жалобы в Президиум ВС РФ (3 месяца с момента вступления в силу последнего судебного акта по ст. 308.1 АПК РФ) и оценить перспективы.
• Если платёж уже взыскан — подать заявление о возврате излишне взысканных таможенных платежей в таможенный орган в течение 3 лет (ст. 67 ФЗ-289) при наличии судебного акта о признании доначисления незаконным.
• Провести ВЭД-комплаенс: пересмотреть структуру лицензионных платежей на будущее — отделить «импортные» роялти от «производственных», внести изменения в условия контрактов купли-продажи и лицензионных соглашений.
• Запросить предварительное решение по классификации и/или происхождению у ФТС (ст. 20–21 ТК ЕАЭС, срок действия — 5 лет) по товарам, по которым возможны аналогичные споры в будущем.
• Если в ходе проверки или спора выявлены признаки уголовно наказуемого уклонения от таможенных платежей (ст. 194 УК РФ: для юрлица крупный размер — свыше 6 млн руб., особо крупный — свыше 19 млн руб.), немедленно привлечь уголовного адвоката по таможенным делам — до дачи любых объяснений сотрудникам таможни или следственного комитета.
• Зафиксировать позицию в корпоративных документах: решение совета директоров или приказ по управлению рисками, подтверждающий добросовестность подхода к декларированию. Этот документ снижает риск вменения умысла при возможном уголовном преследовании собственника.

По сложившейся практике арбитражных судов в 2024–2026 годах компании, системно выстроившие комплаенс по ТС до начала проверки, получают доначисления в 2–3 раза реже, чем те, кто реагирует постфактум. Постконтроль ФТС по ст. 310 ТК ЕАЭС охватывает 3-летний период — значит, каждая ранее поданная ДТ остаётся в зоне риска до истечения этого срока.

Если суд поддержал таможню и доначисление вступило в силу — спор под ключ с привлечением специалиста по таможенной стоимости позволяет оценить основания для надзорного обжалования и параллельно минимизировать риски по аналогичным будущим поставкам.

Чек-лист: что подготовить для защиты по пп. 7 п. 1 ст. 40

• Контракт купли-продажи — проверить наличие или отсутствие ссылок на лицензионный договор и условий о наличии действующей лицензии у покупателя.
• Лицензионный договор — установить, кто является лицензиаром: продавец, аффилированное с ним лицо или независимый правообладатель.
• Переписка с продавцом — выявить письма с условиями поставки; при их отсутствии — запросить у иностранного контрагента письменное подтверждение, что поставка не обусловлена наличием лицензии.
• Инвойсы — убедиться, что роялти не включены в цену товара и не упомянуты в инвойсах как обязательное условие.
• Платёжные документы по роялти — показать, что базой расчёта является оборот внутри ЕАЭС, а не стоимость ввозимых партий (если применимо).
• Корпоративная структура продавца и правообладателя — схема аффилированности или её отсутствия с документальным подтверждением.
• Экономическое заключение специалиста о природе платежа (производственный / импортный / дистрибьюторский).
• Хронология поставок до и после заключения лицензионного договора — доказательство того, что поставки осуществлялись и без лицензии.
• Расчёт суммы доначисления с разбивкой по периодам для оценки уголовно-правового порога (ст. 194 УК РФ: > 6 млн руб. для юрлица).
• Срок вручения решения о КТС — для контроля 3-месячного срока на ведомственную жалобу (ст. 286 ФЗ-289).