Что произошло в деле «Фанагория» и почему оно стало прецедентом
АО «Фанагория» — российский производитель вина — импортировало иностранное оборудование и параллельно выплачивало роялти иностранному правообладателю за право использования технологий. Таможня посчитала: лицензионные платежи связаны с ввозимым оборудованием и должны включаться в таможенную стоимость по методу 1 (стоимость сделки, ст. 39 ТК ЕАЭС). Компания возражала: роялти платятся за технологии производства, а не за само оборудование, и не являются условием его продажи.
Арбитражный суд Краснодарского края (дело А32-5147/2022) встал на сторону компании. Апелляция и кассация также поддержали импортёра. Однако таможня подала кассационную жалобу в Верховный суд. СКЭС ВС РФ в 2023 году отменила решения нижестоящих судов и направила дело на новое рассмотрение, сформулировав ключевую позицию о включении роялти в таможенную стоимость.
С этого момента дело «Фанагория» цитируется таможенными органами при каждом споре о роялти — независимо от отрасли и структуры платежей.
Какую именно позицию сформулировал Верховный суд в определении № 308-ЭС23-29565?
СКЭС ВС РФ сформулировала несколько принципиальных тезисов.
Первый тезис: «условие продажи» толкуется широко. Суд указал, что роялти относятся к условию продажи ввозимых товаров не только тогда, когда продавец прямо требует их уплаты. Достаточно, чтобы без выплаты роялти правообладателю покупатель не мог законно использовать товар по назначению. Фактическая зависимость использования товара от лицензионного платежа = условие продажи.
Второй тезис: получатель роялти не обязан быть продавцом. До этого решения часть судов считала: если роялти платятся третьему лицу (не продавцу оборудования), включение в таможенную стоимость не обязательно. ВС опроверг этот подход. Структура платежей (продавец ≠ правообладатель) сама по себе не исключает включение в ТС.
Третий тезис: бремя доказывания — на декларанте. Импортёр обязан доказать, что роялти не связаны с ввозимым товаром. Простая ссылка на то, что лицензионный договор заключён отдельно от контракта на поставку, не освобождает от включения платежей в ТС.
Четвёртый тезис: экономическая суть важнее юридической формы. Суд призвал оценивать реальную экономическую взаимосвязь между лицензионным платежом и ввозимым товаром, а не формальное наименование договора или структуру корпоративных отношений.
Кейс из практики ФОРПОСТ. Импортёр пищевого оборудования (Южный ФО, осень 2023) выплачивал роялти швейцарскому правообладателю за производственные технологии. После Определения ВС таможня доначислила 38–42 млн рублей, включив три года роялти в ретроспективную ТС по ст. 310 ТК ЕАЭС. В ходе ведомственного обжалования удалось разделить платежи: часть роялти, относящаяся к технологиям, не воплощённым в ввезённом оборудовании (программное обеспечение, права на рецептуры), была исключена из ТС. Итоговое доначисление сократилось до 14–17 млн рублей.
Какие позиции ВС РФ существовали до «Фанагории» и как они изменились?
Практика ВС по роялти в таможенной стоимости не была единообразной. До 2023 года прослеживались два конкурирующих подхода.
Подход 1 — «формальный»: роялти включаются в ТС, только если лицензионный договор прямо обусловлен договором поставки, а правообладатель и продавец — одно лицо или аффилированные лица. Этот подход давал импортёрам значительное пространство для манёвра через структурирование сделок.
Подход 2 — «функциональный»: включение в ТС определяется экономической связью между платежом и товаром. Он применялся менее последовательно, преимущественно в делах о франшизах и товарных знаках на потребительских товарах.
Определение СКЭС по «Шанели» (№ 305-ЭС22-11464, 2022–2023) закрепило функциональный подход применительно к дивидендам и части дохода от перепродажи. «Фанагория» распространила ту же логику на роялти за технологии — категорию, которая ранее считалась относительно защищённой.
После «Фанагории» единообразие достигнуто: функциональный подход доминирует. Это означает, что структурирование «продавец ≠ правообладатель» больше не защищает от включения платежей в ТС автоматически.
Что решил КС РФ № 34-П от 16 октября 2025 года и как это соотносится с «Фанагорией»?
Постановление КС № 34-П (дело «Атлант», октябрь 2025) касалось иного аспекта — включения страны происхождения в декларацию и доказательственных стандартов при её подтверждении. Прямого пересечения с роялти нет, однако для собственника важно понимать смежное влияние.
КС в № 34-П сформулировал: таможенный орган не вправе произвольно отвергать сертификат происхождения (СТ-1, EAV, Form A) без мотивированного технического заключения. Декларант, представивший надлежащий сертификат, исполнил обязанность по ст. 28–37 ТК ЕАЭС. Переложить риск подлинности документа третьей стороны на декларанта без доказательств его осведомлённости о фальсификации КС признал недопустимым.
Связь с делами типа «Фанагории»:
- КС № 34-П закрепил общий принцип: бремя доказывания в таможенном споре должно быть сбалансированным. Таможня обязана обосновывать свою позицию, а не просто декларировать сомнения.
- Этот принцип применим и к спорам о роялти: если таможня утверждает, что платёж относится к ввозимому товару, она обязана доказать экономическую связь — одного факта существования лицензионного договора недостаточно.
- На практике юристы уже используют КС № 34-П как методологическую опору для оспаривания решений ФТС о доначислении по роялти: аргумент о сбалансированном бремени доказывания воспринимается судами с 2025 года.
Кейс из практики ФОРПОСТ. Производитель косметики (Центральный ФО, лето 2025) столкнулся с доначислением 22–26 млн рублей по роялти за товарный знак, нанесённый на упаковку, произведённую в Китае. Таможня ссылалась на «Фанагорию». Защита привела контраргумент через КС № 34-П: таможня не представила расчёт, подтверждающий, что лицензионный платёж именно за ввезённую упаковку, а не за право продажи готовой продукции в России. Суд первой инстанции (АС Московского округа) направил дело на дополнительное исследование, потребовав от ФТС экономического обоснования распределения роялти по товарным позициям.
Как использовать практику «Фанагории» и КС № 34-П в споре с таможней?
Позиция «Фанагории» работает в обе стороны. Таможня использует её как основание для доначисления. Грамотная защита — показать, что конкретный случай выходит за рамки фактических обстоятельств этого дела.
Аргументы для исключения роялти из ТС:
- Лицензионный платёж относится к праву продажи готовой продукции на территории России, а не к праву ввоза или использования ввезённого товара. Это разграничение прямо следует из пп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС и из Рекомендации ВТО/ВТамО по роялти.
- Товар мог бы быть продан и без выплаты роялти — то есть роялти не является условием продажи в смысле ст. 39 ТК ЕАЭС. Доказательство: наличие альтернативных поставщиков того же товара без лицензионной нагрузки.
- Роялти относятся к технологиям, которые не воплощены в ввезённом товаре как таковом (например, производственный know-how, используемый уже после ввоза).
- Экономический расчёт показывает, что размер роялти не коррелирует с объёмом ввоза — то есть платёж является fixed fee за доступ к рынку, а не процентом от цены товара.
Процессуальная стратегия через КС № 34-П:
- Требуйте от таможни развёрнутого мотивированного расчёта, показывающего, какая доля лицензионного платежа относится к конкретным ввезённым товарам по конкретным ДТ.
- Если таможня не представила такой расчёт — ссылайтесь на КС № 34-П: произвольное отнесение роялти к ТС без экономического обоснования нарушает принцип сбалансированного бремени доказывания.
- Привлекайте эксперта-экономиста для разграничения компонентов лицензионного платежа. По делу № 303-ЭС24-5522 СКЭС ВС прямо указала: в спорах о ТН ВЭД и ТС суд вправе опираться на экспертное заключение как основной доказательственный инструмент.
Временной фактор: срок ведомственного обжалования решения о КТС — 3 месяца со дня вручения (ст. 286 ФЗ-289). После истечения возможен только судебный путь по ст. 198 АПК РФ. Таможня же вправе пересматривать ТС в течение 3 лет после выпуска (ст. 310 ТК ЕАЭС). Это создаёт асимметрию: у декларанта — 3 месяца на реакцию, у таможни — 3 года на инициативу.
Матрица сценариев: роялти и таможенная стоимость в 2025–2026 годах
Сценарий 1: роялти за товарный знак на ввозимом товаре
Ситуация: правообладатель ТЗ = продавец или аффилят продавца; роялти — процент от стоимости ввозимого товара.
Доказательства таможни: лицензионный договор, платёжные поручения, аффилированность.
Вероятный исход: включение в ТС с высокой вероятностью (70–80%). Позиция ВС по «Фанагории» прямо покрывает этот сценарий.
Стратегия: оспаривать размер включаемой суммы (распределение роялти между ввезёнными и произведёнными внутри страны товарами); привлекать оценочного эксперта.
Сценарий 2: роялти за производственные технологии, не воплощённые в товаре
Ситуация: ввозится оборудование; отдельно платятся роялти за технологии производства готовой продукции с использованием этого оборудования.
Доказательства таможни: функциональная связь: без оборудования технологии не применимы → роялти = условие использования товара.
Вероятный исход: спорный (50/50). Именно этот сценарий был в «Фанагории»; исход зависит от качества разграничения в лицензионном договоре.
Стратегия: переструктурировать лицензионный договор (разделить платёж за ввозимое оборудование и платёж за технологии постпроизводства); получить предварительное решение ФТС о ТС до ввоза.
Сценарий 3: роялти третьему лицу, не являющемуся продавцом
Ситуация: продавец товара и правообладатель — разные независимые компании; роялти платятся по отдельному договору с правообладателем.
Доказательства таможни: без лицензии нельзя использовать товар по назначению → функциональная связь по «Фанагории».
Вероятный исход: риск включения средний (40–55%); аргумент «правообладатель ≠ продавец» ВС не признал самодостаточным, но суды первой инстанции нередко учитывают его как снижающий риск.
Стратегия: доказывать, что товар продаётся и без условия выплаты роялти (альтернативные поставщики без лицензионной нагрузки); использовать аргумент КС № 34-П о бремени доказывания.
Сценарий 4: ретроспективная проверка по ст. 310 ТК ЕАЭС
Ситуация: таможня инициирует камеральную (ст. 332 ТК ЕАЭС) или выездную (ст. 333 ТК ЕАЭС) проверку ранее поданных ДТ за период до 3 лет.
Доказательства таможни: данные о лицензионных платежах из открытых источников, банковских документов, запросов к контрагентам.
Вероятный исход: доначисление + штраф по ч. 2 ст. 16.2 КоАП (от ½ до 2-кратной суммы неуплаченных платежей). Уплата штрафа не освобождает от уплаты самих доначисленных платежей и пеней.
Стратегия: до начала проверки — проактивный аудит всех ДТ с роялти за 3 года; при наличии рисков — добровольная корректировка ТС с уплатой разницы (исключает штраф по ст. 16.2 КоАП при добровольном исполнении до возбуждения дела об АП).
Какие шансы выиграть спор о роялти после «Фанагории»?
Прямой ответ: шансы зависят от сценария, а не от общей статистики. По данным за 2023 год, в таможенных спорах в арбитражных судах плательщики выигрывали в 46,6% дел (3 399 дел, рассмотренных арбитражными судами). По спорам именно о роялти в ТС — практика 2024–2025 годов показывает снижение доли побед декларанта до 35–40% при первоначальном рассмотрении.
Однако апелляционный и кассационный уровни дают дополнительные возможности: по сложившейся практике арбитражных судов в 2024–2026 годах суды охотнее отменяют решения таможни, когда та не представила детального экономического расчёта распределения роялти по товарным позициям — именно этот пробел становится процессуальной точкой входа.
Ведомственное обжалование (ст. 285–297 ФЗ-289) даёт удовлетворение жалобы в 35–45% случаев, но имеет практическое преимущество: срок рассмотрения — 1 месяц, и успешная жалоба позволяет избежать судебного процесса. При сложных структурах роялти рекомендуется параллельная стратегия: ведомственная жалоба + обеспечительные меры через суд по ст. 198 АПК РФ.
Уголовный риск для собственника: если доначисление превышает 6 млн рублей по совокупности ДТ за период, ФТС вправе передать материалы в Следственный комитет по ст. 194 УК РФ (уклонение от уплаты таможенных платежей). Признак «особо крупного» наступает при превышении 19 млн рублей. Это означает: систематическое невключение роялти при объёмном импорте несёт не только административный, но и уголовный риск лично для вас как собственника.
Чек-лист: что подготовить собственнику до проверки ФТС по роялти
- Аудит всех действующих лицензионных договоров: выявить платежи, потенциально связанные с ввозимыми товарами по критериям ст. 40 ТК ЕАЭС.
- Сопоставить лицензионные платежи за последние 3 года с соответствующими ДТ: оценить размер потенциального доначисления по каждой позиции.
- Проверить наличие документального разграничения в лицензионном договоре: какая часть роялти относится к ввозимым товарам, какая — к постввозной деятельности (производство, сбыт).
- Получить заключение эксперта-экономиста о методологии распределения роялти по товарным позициям — до начала проверки, а не в ходе неё.
- Оценить целесообразность запроса предварительного решения ФТС о включении/невключении роялти в ТС (ст. 38 ТК ЕАЭС, предварительное решение действует 5 лет).
- Подготовить аргументацию через КС № 34-П: таможня обязана доказывать экономическую связь роялти с конкретными ввозимыми товарами, а не просто констатировать её наличие.
- При наличии признаков уголовного риска (возможное доначисление > 6 млн руб.) — проконсультироваться с уголовным таможенным адвокатом параллельно с административной защитой.
- Изучить возможность добровольной корректировки ТС по рисковым ДТ: это исключает административный штраф при условии подачи КДТ до возбуждения дела об АП.
Дела о роялти в таможенной стоимости ведёт команда ФОРПОСТ по КТС и таможенной стоимости. Параллельно с административным обжалованием при необходимости подключается блок уголовной таможенной защиты. Если проверка ФТС уже началась — правила работы с инспекторами при выездной проверке критически влияют на исход.