Санкции Великобритании в отношении РФ

Архитектура британского санкционного режима против России

Великобритания вышла из ЕС в 2020 году и формирует санкционную политику самостоятельно — через Закон о санкциях и противодействии отмыванию денег 2018 года (SAMLA) и профильные нормативные акты OFSI (Office of Financial Sanctions Implementation). Основу составляют три инструмента.

• Финансовые санкции. Заморозка активов и запрет на предоставление финансовых услуг в пользу лиц из UK Consolidated List. По состоянию на начало 2026 года в перечне свыше 1 800 российских физических и юридических лиц, включая крупнейшие госбанки, нефтяные компании и оборонных подрядчиков.
• Торговые санкции. Запрет экспорта, импорта и транзита по перечням, которые ведёт DBET (бывший DIT). Под ограничения попали товары двойного назначения, нефть и нефтепродукты по ценовому потолку, предметы роскоши, химикаты, электроника, промышленное оборудование. Перечень расширялся 16 раз с февраля 2022 года.
• Секторальные ограничения. Запрет на оказание профессиональных услуг российским клиентам: юридические, бухгалтерские, IT-консалтинговые, PR. Авиация, судоходство и страхование выведены в отдельные блоки.

Ключевое отличие британского режима от европейского — экстерриториальный охват через принцип «UK nexus»: ограничения применяются к любой транзакции, где задействован британский гражданин, резидент, компания, зарегистрированная в Великобритании, или расчёты в GBP через UK-банк.

Какие товары и секторы затронуты торговыми санкциями?

DBET регулярно обновляет Перечень стратегических товаров и Перечень товаров двойного назначения. Практически всё, что входит в контрольные списки ЕС и США, воспроизведено в британских — с дополнениями по ряду позиций.

• Электроника и полупроводники — контроллеры, микросхемы, RF-модули, промышленные ПЛК. Запрет распространяется на поставки как в Россию напрямую, так и через третьи страны при наличии UK nexus.
• Промышленное оборудование — станки с ЧПУ, насосно-компрессорное оборудование, технологии нефтепереработки.
• Нефть и нефтепродукты. Ценовой потолок: нефть — $60/барр., нефтепродукты — $45–100/барр. в зависимости от категории. Британские судовладельцы и страховщики обязаны соблюдать потолок при обслуживании российских грузов.
• Предметы роскоши. Часы, ювелирные изделия, автомобили премиум-класса, предметы интерьера — при стоимости выше пороговых значений.
• Транспортный сектор. Запрет на перевозку российских грузов британскими судами и воздушными судами, а также на предоставление страхового покрытия.

Нарушение торговых санкций влечёт уголовную ответственность: до 10 лет лишения свободы для физических лиц по SAMLA 2018. Для юридических лиц предусмотрен штраф в размере до £1 млн или неограниченный — по решению суда.

Кейс: Северо-Западный ФО, осень 2024. Российский импортёр промышленной электроники получил партию через посредника в ОАЭ. Логистика осуществлялась через UK-зарегистрированного судового брокера, страховщик — Lloyd's. В рамках камеральной проверки ФТС запросила документы о конечном получателе. Параллельно британская сторона инициировала проверку UK nexus в отношении брокера. Посредник в ОАЭ заморозил расчёты. Сумма застрявшего товара и предоплаты — около 85 млн рублей. Реструктуризация логистики через юрисдикцию без UK nexus позволила разблокировать дальнейшие поставки, хотя конкретная партия осталась заблокированной на три месяца. Урок: маршрут «ОАЭ — Россия» не нейтрализует UK nexus автоматически, если в цепочке присутствуют британские сервисные провайдеры.

Как санкции Великобритании соотносятся с американским режимом OFAC?

Для российского собственника бизнеса принципиально важно: британский и американский режимы работают параллельно и независимо. Получить лицензию OFSI (UK) не значит автоматически снять ограничения OFAC (US) и наоборот.

Точки пересечения, создающие двойной риск:

• Расчёты в USD через американские банки-корреспонденты — юрисдикция OFAC.
• Расчёты в GBP через британские банки — юрисдикция OFSI.
• Компания зарегистрирована в Великобритании или имеет там директора — юрисдикция OFSI независимо от валюты сделки.
• Товар содержит американские компоненты с долей выше de minimis (25% для большинства позиций EAR) — юрисдикция BIS/OFAC по правилу FDPR (Foreign Direct Product Rule).

Практика американских арбитражных судов 2023–2025 годов показывает: OFAC всё активнее применяет вторичные санкции против компаний из третьих стран, обеспечивающих обходные маршруты для российского ВЭД. Три крупных турецких банка в 2024 году прекратили обслуживание российских клиентов именно под давлением угрозы SDN-листинга. Для собственника это означает: выбор «безопасной» транзитной юрисдикции — не разовое решение, а постоянный мониторинг.

Если вы работаете с контрагентами в юрисдикциях, где активны американские банки-корреспонденты (ОАЭ, Гонконг, Сингапур, Армения), параллельный мониторинг SDN-листа OFAC и UK Consolidated List — обязательный элемент комплаенс-процедуры.

Что такое параллельный импорт и как он взаимодействует с британскими санкциями?

Параллельный импорт в российском праве — ввоз оригинальных товаров без согласия правообладателя, легализованный Постановлением Правительства РФ № 506 от 29.03.2022. К 2025 году оборот по этому механизму составил около 23,1 млрд USD — снижение на 44,8% по сравнению с 2024 годом. Снижение объясняется, в том числе, ужесточением контроля в транзитных юрисдикциях под давлением западных санкционных режимов.

Параллельный импорт не снимает проблему британских санкций, а добавляет к ней новый уровень риска:

• Если торговая марка принадлежит британской компании или компании с британскими бенефициарами — любой платёж в её пользу (даже косвенный) потенциально нарушает OFSI-режим в части запрета финансовых услуг.
• Если товар произведён в Великобритании или содержит британские компоненты выше порога — применяются экспортные ограничения DBET.
• Приказ Минпромторга № 4769 от 26.09.2025 устанавливает обновлённый перечень товаров для параллельного импорта. Основная часть перечня вступает в силу с 27.05.2026. Ряд товаров, ранее доступных по механизму, исключён — в том числе некоторые категории электроники именно потому, что поставки провоцировали санкционные инциденты у транзитёров.

Для собственника критично разграничивать два вопроса: (1) разрешён ли ввоз товара в Россию по российскому праву — это определяет ПП 506; (2) возможна ли цепочка поставок без UK/US nexus — это определяет санкционный комплаенс.

Кейс: Центральный ФО, зима 2024–2025. Импортёр бытовой техники ввозил продукцию британского бренда через казахстанского дистрибьютора. Товар присутствовал в перечне ПП 506. При прохождении таможенного контроля ФТС запросила документы цепочки поставок. Казахстанский партнёр отказался подтвердить конечного получателя из-за предписания своего банка. Партия на 47 млн рублей задержана на срок свыше 6 недель. Таможня возбудила дело по ст. 16.2 КоАП в части недостоверного декларирования происхождения товара. По итогам проверки документов дело прекращено, товар выпущен. Однако репутационные и временные издержки составили значительную часть маржи поставки.

Как структурировать ВЭД так, чтобы минимизировать санкционные риски?

Структурирование ВЭД при санкционных ограничениях — это прежде всего управление тремя видами нексуса: юрисдикционным, валютным и товарным.

Юрисдикционный нексус

Выбор юрисдикции регистрации контрагента определяет, законодательство какой страны применяется к сделке. Оптимальные юрисдикции для российского ВЭД в 2025–2026 годах — те, где нет соглашений о вторичных санкциях с США и Великобританией и где местные банки фактически обслуживают российских клиентов. Это Китай (доля в товарообороте РФ — 33,8% по данным ФТС за 2024 год), Индия (8,8%), Турция (8,3%), Беларусь (7,1%), Казахстан (4,0%). Однако Турция в 2024 году ввела ограничения под давлением OFAC — её надёжность как транзитёра снизилась.

Валютный нексус

Расчёты в USD и GBP создают юрисдикционную привязку к американским и британским регуляторам. Переход на CNY, INR или расчёты в национальных валютах в рамках соглашений ЕАЭС снижает риск, но не устраняет его полностью: банки-корреспонденты CNY-расчётов в ряде случаев также подпадают под вторичные санкции.

Товарный нексус

Даже если юрисдикция и валюта «чистые», товар может содержать американские или британские компоненты. В этом случае применяется FDPR или аналогичное британское правило. Перед каждой сделкой необходима классификация товара по HS-коду и проверка по контрольным спискам EAR (США), UK Strategic Export Control List и Dual-Use Regulation (ЕС — формально не применяется, но де-факто влияет на транзитёров).

Практические шаги при структурировании:

1. Провести скрининг всех контрагентов по SDN OFAC, UK Consolidated List, EU Consolidated List и российскому SDN-списку ЦБ РФ.
2. Зафиксировать в контракте санкционную оговорку (sanctions clause) с правом одностороннего расторжения без штрафных санкций при введении новых ограничений.
3. Выбирать платёжные маршруты без USD/GBP-сегментов — или получить предварительное заключение комплаенса банка о допустимости транзакции.
4. Хранить документальное подтверждение классификации товара по ТН ВЭД и соответствующему контрольному списку — это снижает риски как при российской таможенной проверке, так и при запросах от иностранных регуляторов.
5. Не раскрывать конечного российского получателя транзитным посредникам без необходимости — но фиксировать его для внутреннего комплаенс-досье.

Срок хранения документации по внешнеторговым сделкам по российскому законодательству составляет не менее 5 лет. Британские регуляторные требования OFSI предполагают хранение всей документации, связанной с потенциальным нарушением, на срок не менее 6 лет.

Матрица санкционных сценариев для собственника бизнеса

Сценарий 1. Прямая поставка через UK-компанию

Ситуация: ваш контрагент зарегистрирован в Великобритании или является дочерней структурой британской материнской компании.

Доказательства нарушения: сам факт транзакции при наличии UK nexus без лицензии OFSI.

Вероятный исход: заморозка платежей; уголовное преследование директора британской компании; возможный отказ банка проводить расчёты.

Стратегия: переход на контрагента без UK nexus; при необходимости — запрос генеральной лицензии OFSI (для гуманитарных или разрешённых категорий).

Сценарий 2. Транзит через «нейтральную» юрисдикцию с UK-банком

Ситуация: товар идёт через ОАЭ или Гонконг, но расчёты проходят через банк, имеющий лондонский корр. счёт.

Доказательства нарушения: платёжные SWIFT-записи с UK leg; документы о конечном получателе в России.

Вероятный исход: блокировка платежа банком-корреспондентом; запрос KYC/UBO от банка посредника; риск листинга посредника.

Стратегия: перевод расчётов на банки без UK-корреспондентской сети; переход на CNY-расчёты через китайские банки.

Сценарий 3. Параллельный импорт товаров британских брендов

Ситуация: товар входит в перечень ПП 506, но правообладатель — британская компания.

Доказательства нарушения: платёж в адрес британского правообладателя или его агентов; товарный знак, зарегистрированный на UK-юрлицо.

Вероятный исход: в России — легально при соблюдении ПП 506; в Великобритании — нарушение торговых санкций при наличии UK nexus в цепочке оплаты.

Стратегия: выкуп товара у независимого реселлера в третьей стране без UK nexus; полный разрыв цепочки платежей с UK-юрлицами.

Сценарий 4. Поставка оборудования двойного назначения

Ситуация: промышленное оборудование или электроника с потенциальным военным применением.

Доказательства нарушения: наличие товара в UK Strategic Export Control List без экспортной лицензии; конечный получатель в России.

Вероятный исход: уголовное преследование в Великобритании (до 10 лет по SAMLA); конфискация товара; листинг российского получателя.

Стратегия: предварительная экспортная классификация по UK HS и контрольным спискам; при необходимости — запрос экспортной лицензии DBET (фактически в нынешних условиях недоступна); переход на альтернативных поставщиков из незападных юрисдикций.

Что нужно подготовить: чек-лист санкционного комплаенса

• Матрица контрагентов с привязкой к юрисдикции и проверкой по SDN/UK Consolidated List/EU List — обновлять ежеквартально.
• Санкционная оговорка во всех новых контрактах — с указанием применимых режимов (US/UK/EU).
• Классификация товаров по ТН ВЭД и контрольным спискам перед каждой новой товарной позицией.
• Документирование платёжных маршрутов: схема движения средств с указанием банков и юрисдикций на каждом сегменте.
• Внутренняя политика комплаенса и назначение ответственного за санкционный мониторинг.
• Архив документации по сделкам не менее 6 лет (требование OFSI) / не менее 5 лет (ФЗ-173, ст. 24).
• Аудит действующих агентских и дистрибьюторских соглашений на предмет UK nexus.
• Предварительные заключения обслуживающего банка о допустимости платёжных маршрутов для новых схем.
• Страховое покрытие санкционного риска (sanctions exclusion clauses — проверить в текущих полисах).
• Связь с российским таможенным советником по вопросам классификации и происхождения — подтверждённые ТН ВЭД-коды снижают риски при постконтрольных проверках ФТС, которые по ст. 310 ТК ЕАЭС могут охватывать 3 года с даты выпуска.

По данным ФТС за 2024 год, доначисления по результатам постконтрольных проверок превысили 43 млрд рублей — рост на 67% к 2023 году. Часть этих доначислений связана именно с переклассификацией и пересмотром происхождения товаров, импортированных в обход западных санкций. Неправильная классификация в ДТ влечёт штраф по ч. 2 ст. 16.2 КоАП от половины до двукратного размера неуплаченных платежей, причём уплата штрафа не освобождает от доначисления основного долга и пеней.

Срок ведомственного обжалования решений ФТС составляет 3 месяца с даты вручения (ст. 286 ФЗ-289). После истечения срока возможен только судебный путь по ст. 198 АПК РФ. При выстроенной доказательной базе ведомственные жалобы удовлетворяются в 35–45% случаев; в арбитражных судах по таможенным спорам в 2023 году решения в пользу плательщиков принимались в 46,6% дел.

Услуги ВЭД-комплаенса и защиты при проверках ФТС позволяют выстроить систему заблаговременно — до того, как регулятор инициирует запрос.